loading...

Забули пароль?
×
Вхід / Реєстрація / Підписатися на розсилку
Поля з відміткою * обов'язкові для заповнення

 


Центр досліджень енергетики

Тарифы на электроэнергию: по честному, или по справедливости?..

31.07.2013
Тарифы на электроэнергию: по честному, или по справедливости?..

Вадим Гламаздін, Заступник генерального директора Центру досліджень енергетики (EIR Center)

 

Сегодня много говорят о тарифах на электроэнергию. И все больше – о тарифах, по которым электроэнергия закупается у разных производителей в Объединенную энергосистему (ОЭС) Украины, о их недостаточности и несправедливости для разных групп производителей. Особенно активен в последнее время Энергоатом с аргументом о том, что он со своими самыми низкими тарифами просто таки спонсирует всю остальную энергетику, работая, буквально, в убыток. Мол, они отпускают потребителям больше всех электроэнергии, а больше всех платежей – то есть, живых денег – идет тепловым станциям.

Более того, предвкушая грядущие (ориентировочно в 2016 году) изменения структуры и правил работы энергорынка, которые предполагают либерализацию рынка с одновременным созданием Фонда выравнивания стоимостного дисбаланса, атомщики заявляют о том, что вот тогда то их окончательно ввергнут в пучину недофинансирования и, практически, развалят их часть отрасли. И пугают всех энергетическим апокалипсисом.

Однако же, атомщики, мягко говоря, лукавят. Прежде всего, касательно работы в убыток – на сегодня в их тарифе заложено порядка 10 % инвестиционной составляющей, т.е. тариф реально выше, чем полные затраты на операционную деятельность, включая даже капитальные затраты. А если учесть ресурсы для оптимизации затрат, которые имеются в распоряжении атомных станций – один только фонд оплаты труда, практически равный затратам на топливо, чего стоит…

Если же посмотреть на реальную себестоимость производства энергии, то увидим, что у тепловых станций она в 2,7 раза выше, чем у атомных станций. Т.е., с учетом разницы в количестве производимой энергии, тепловые станции получают… ровно столько же денег, сколько атомные (в пересчете на одинаковую себестоимость). Более того, если оперировать цифрами недавно утвержденного финплана Энергоатома, то можно увидеть, что разница тариф-себестоимость в абсолютном измерении на 1 кВтч выработанной энергии на АЭС точно такая же (с точностью до сотых долей копейки), как у негосударственных тепловых станций.

Учитывая же реальное состояние атомных и тепловых генерирующих мощностей, а также задачи каждой из ветвей отрасли и важность для системы в целом, несложно сделать вывод о том, что тепловые станции, в общем-то, являются единственными действительно недофинансированными. Почему так? Читайте ниже.


Как устроена украинская электрогенерация

Сегодня в ОЭС Украины есть практически все возможные типы электростанций – атомные (АЭС), тепловые (ТЭС), теплоэлектроцентрали (ТЭЦ), гидростанции (ГЭС), гидроаккумуляционные (ГАЭС), ветровые (ВЭС), солнечные (СЭС), даже станции на биомассе. Для совсем уж полной картины не хватает, разве что, геотермальных. И все эти станции отличаются не только исходным источником энергии – топливом, – но и множеством других характеристик. Ведь каждый тип электростанции предназначен для выполнения разных задач в энергосистеме. И у каждого типа станций есть свои ключевые преимущества и настолько же важные недостатки.

АЭС – это станции т.н. базовой генерации. Базовая генерация, или базовые мощности – это те мощности, которые обеспечивают покрытие постоянной, всегда присутствующей, т.е. базовой, части нагрузки в энергосистеме. Их плюсы – большая установленная мощность (на украинских АЭС основной единицей является энергоблок с установленной мощностью 1000 МВт, хотя есть и два блока по 440 МВт), что, в свою очередь, дает самые низкие эксплуатационные расходы на единицу вырабатываемой электроэнергии. Базовая генерация – это костяк энергосистемы, ее фундамент. Но в этом кроется и главный минус АЭС – ими практически нельзя маневрировать, т.е. снижать или увеличивать выдаваемую мощность в процессе работы. Каждый энергоблок атомной станции должен все время работать на максимуме мощности – в противном случае сильно страдает эффективность работы, значительно повышается себестоимость электроэнергии и снижается безопасность станции.

Для обеспечения маневренной функции в энергосистеме предназначены ГЭС и, особенно, ГАЭС. Эти станции проще и быстрее всего остановить и запустить, они могут работать в очень широком диапазоне нагрузок практически не теряя эффективности. Когда-то, на заре электрификации, ГЭС были и базовыми тоже, но сейчас эти станции работают в базовом режиме лишь несколько недель в году – во время паводка. Все остальное время их функция в энергосистеме – регулирование мощности.

Все «альтернативные» станции – ветровые, солнечные, на биомассе и т.д. – предназначены, для снижения потребления традиционного топлива и улучшения экологии. Они, в большинстве своем, весьма нестабильны в смысле выдаваемой мощности (ветер дует не всегда, солнце светит только днем и т.д.), поэтому в большинстве энергосистем мира их, все еще, рассматривают лишь в качестве дополнения, важного для экономики и экологии, но неспособного выполнять основные функции – базовой генерации и маневренных мощностей.

Сложнее всего дела обстоят с ТЭС. Тепловые станции могут быть как базовыми мощностями, так и маневренными. Причем, несмотря на кажущуюся одинаковость, ТЭС, предназначенные для покрытия базовой нагрузки и маневренные ТЭС имеют принципиальные отличия. Базовые ТЭС – это станции с блоками большой единичной мощности, от 200 до 1200 МВт и больше, но с малым диапазоном регулирования нагрузки (как правило, 20…30 % от установленной мощности). Маневренные же станции, напротив – с блоками небольшой единичной мощности (до 100 МВт), но с высоким диапазоном регулирования (до 50 %, а то и выше). Каждая станция изначально предназначена для выполнения одной, или другой функции. То, какой именно будет станция – базовой или маневренной, – закладывается еще на этапе проектирования. И практически все ТЭС (как, впрочем, и ТЭЦ) в Украине строились в качестве базовых мощностей.

Общая доля ТЭС в балансе установленных мощностей в украинской ОЭС – более 63 %. И даже несмотря на то, что далеко не все установленные мощности реально используются, общая доля ТЭС в балансе используемых мощностей все равно самая высокая и приближается к 50 %. При этом, если посмотреть отраслевые прогнозы до 2020 года, то и в них именно ТЭС будут основными по количеству установленной мощности в ОЭС Украины.

Важно также отметить, что чисто маневренные мощности – ГЭС и ГАЭС – занимают в балансе установленной мощности менее 10 % – и это при том, что отношение провал/пик по нагрузке в системе составляет 0,76, т.е. диапазон маневрирования составляет 24 % от общей используемой установленной мощности.

Доля установленной мощности

Рис.1

Несмотря на явное лидерство ТЭС по установленной мощности (рис. 1), по объемам годовой выработки электроэнергии лидируют атомные станции (рис. 2).

Доля в объёмах электрической энергии

Рис.2

Это объясняется тем фактом, что атомные станции используются по своему прямому назначению – покрывают базовые нагрузки в энергосистеме, т.е. работают с максимальной загрузкой на протяжении каждого временного промежутка.


Как рассчитывают тариф

Сегодня все электростанции, независимо от типа и функции, продают выработанную электроэнергию в ОЭС Украины через своего рода общий котел, или хаб – ГП «Энергорынок». Цену, по которой производители продают свою энергию – тариф – устанавливает регулятор, Национальная комиссия по регулированию электроэнергетики (НКРЭ). Эта цена – разная для разных типов станций. Затем на основе данных о количестве проданной в рынок электроэнергии и тарифах разных производителей, а также с учетом разных факторов и регуляторных тонкостей, составляется некая общая, усредненная цена электроэнергии – оптовая цена Энергорынка. И уже на ее основе строятся тарифы для поставщиков и потребителей. Но вернемся к производителям.

То, каким именно должен быть тариф, по которому тот или иной производитель будет продавать свою энергию в Энергорынок, зависит от целого ряда факторов, среди которых самыми важными являются:

  • себестоимость производства энергии на станции
  • заявленная мощность
  • маневренность станции
  • пуск (загрузка) /остановка (разгрузка) блоков
  • отклонение от графика отпуска энергии

И если себестоимость и мощность – это, своего рода, база тарифообразования, то все остальные факторы – это, своего рода, маневренные мощности, выражаемые в надбавках (или штрафах, например, при недопоставке электроэнергии).

Здесь важно сказать о значимости этих факторов – и, соответственно, надбавок – для разных типов станций.

Для станций базовой генерации важными являются только базовые факторы – себестоимость и мощность. Ведь эти станции не используются для маневрирования, их блоки постоянно работают в штатном режиме на максимальных мощностях. Останавливают их только для плановых ремонтов (или ремонтов аварийных) и, соответственно, пускают тоже только после ремонтов. А значит, эти блоки не только работают максимально эффективно, но еще и не испытывают дополнительных внештатных нагрузок, таких, как, например, ежедневные пуски/остановки и, соответственно, не подвергаются повышенному износу. Именно так и обстоят дела у атомных станций.

А вот у тепловых станций, которые в Украине, как мы помним, в подавляющем большинстве строились в качестве базовых мощностей, все совсем не так. И чтобы понять, что именно не так – достаточно взглянуть на суточный график нагрузки в энергосистеме (рис. 3).

Суточный график нагрузки в энергосистеме

Рис. 3

Для чего нужны в системе маневренные мощности? В сутках есть пик потребления, когда надо выдать максимум мощности, и есть провал, когда мощности нужно минимум. И разница между максимумом и минимумом потребления составляет четверть от всей установленной мощности. А ввиду того, что электроэнергию пока не научились откладывать в ящик до нужного момента (а продавать ее, например, за границу мы не можем по техническим причинам) – в часы провалов приходится останавливать значительную часть генерирующих мощностей, а в часы пиков нужно очень быстро запускать максимум мощностей в работу.

В идеале для таких задач нужно использовать ГЭС и ГАЭС. Но у нас в системе таких станций меньше 10 % общей установленной мощности – т.е. примерно треть от нужного диапазона регулирования. И даже они не всегда могут быть использованы для маневрирования.

В такой ситуации на помощь должны приходить маневренные тепловые станции. Маленькая единичная мощность блоков (до 100 МВт) должна позволять им быстро реагировать и меньше терять в производительности на разных режимах работы. Однако, у нас в системе маневренных тепловых станций почти нет – по сути, всего шесть блоков. Но даже они не используются, а находятся в резерве, потому что они газо-мазутные, а не угольные и, соответственно, себестоимость электроэнергии у них получается самой высокой.

В результате, маневрирование в ОЭС Украины осуществляется угольными блоками ТЭС мощностью 200-300 МВт (которые спроектированы для базового режима работы с диапазоном регулирования не более 30 % от номинальной мощности) с ежедневным отключением для прохождение ночного провала и с включением их в сеть на утренний максимум нагрузок. Причем, количество пусков-остановок угольных энергоблоков Приднепровской, Добротворской, Старобешевской, Бурштынской, Славянской ТЭС значительно превышает количество, разрешенное заводом-изготовителем, а блоков Ладыжинской ТЭС – на грани дозволенного. Все это ведет не только к значительным перерасходам топлива – до 300 тыс. тонн условного топлива в год, – но и к катастрофически быстрому износу основного оборудования этих станций.

И именно поэтому, для украинских тепловых станций критически важно, чтобы тариф максимально учитывал не только базовые факторы мощности и себестоимости, но и все дополнительные надбавки (за маневренность, за пуски и остановы и т.д.). Ведь структура нашей энергосистемы ставит эти станции в закритические рабочие условия, ведущие к существенно более высокому износу оборудования и общей аварийности. И если тариф не будет учитывать эти условия – станции просто не смогут поддерживать основное оборудование в рабочем состоянии.

 

Денег все равно не хватает

Но вернемся к базе тарифообразования – себестоимости производства электроэнергии на разных типах станций.

Именно себестоимость производства определяет базовую разницу в тарифах для разных производителей. Ведь для каждого типа станций себестоимость определяется как общей структурой затрат, так и величиной главной составляющей – стоимости топлива.

Ниже представлена усредненная структура себестоимости для атомных и тепловых электростанций (рис. 4,5).

Структура себестоимости производства электроэнергии на АЭС

Рис. 4

Структура себестоимости производства электроэнергии на ГК ТЭС

Рис. 5

Как видим, в обоих случаях, самая большая составляющая эксплуатационных затрат – топливная. Но если в случае ТЭС затраты на топливо составляют почти 75 % от всех затрат, то в случае с АЭС – всего 30 %. А если учесть тот факт, что топливо для ТЭС стоит ощутимо дороже топлива для АЭС (в пересчете на тонны условного топлива) – то становится совершенно очевидно, почему базовый тариф для ТЭС (себестоимость + мощность) составляет 55,1 коп./кВт-ч, что почти в 2,5 раза выше полного тарифа для АЭС, равного 22,2 коп./кВт-ч (при этом, себестоимость электроэнергии на АЭС составляет чуть меньше 16 коп./кВт-ч, а полные производственные затраты, включая капитальные, на АЭС составляют 20,7 коп./кВт-ч).

Очень важно понимать, что даже такой высокий базовый тариф не покрывает реальной себестоимости производства электроэнергии на ТЭС, которая, в среднем, составляет 56,4 коп./кВт-ч. И только надбавки за дополнительные услуги (маневрирование и т.д.) позволяют тепловым станциям покрыть себестоимость и получить хоть какие-нибудь средства на аварийные ремонты и поддержание состояния станций.

И, наконец, не менее важно помнить, что АЭС и ГЭС имеют так называемый гарантированный тариф – т.е. их тариф не изменяется каждый месяц в зависимости от реальной структуры генерации. И если он изначально покрывает себестоимость и имеет некоторую заложенную рентабельность – то генерирующая компания всегда получает гарантированные средства (если, конечно, потребители платят за электроэнергию). А вот тариф для ТЭС пересматривается каждый месяц и формируется на основе заявленной структуры генерации по остаточному принципу. И в результате компания тепловой генерации может по месяцу иметь как положительную рентабельность (т.е тариф будет покрывать производственные затраты и приносить какие-то дополнительные средства) так и отрицательную (т.е., тариф может даже не покрывать себестоимость производства). И случаи утверждения тарифа с отрицательной рентабельностью на нашем энергорынке отнюдь не редкость.

 

Модернизационный тупик

Итогом становится неутешительная статистика.

Стандартный ресурс энергоблока тепловой электростанции составляет 100 000 часов работы. Если блок проработал более 170 000 часов – он перешел черту граничного ресурса. А проработав более 200 000 часов – вышел за границу полного физического износа.

Самый новый энергоблок на украинских ТЭС был запущен в эксплуатацию в 1978 году, основная же масса была запущена в промежутке с середины 50-х по начало 70-х годов прошлого века. Еще в 2010 году во всей украинской тепловой генерации было лишь 6 (!) блоков, которые отработали менее 170 тысяч часов. Но все они – газомазутные, и по-этому, несмотря на самый высокий диапазон регулирования (50%), находятся, в резерве (с частичной консервацией), потому что имеют самую высокую стоимость производства энергии. Все остальные энергоблоки отечественных тепловых станций – а это более 90 % всех установленных мощностей – находятся за пределами граничного моторесурса, а больше 60 % – вообще за пределами границ физического износа (значительно более 200 000 часов наработки).

Другими словами, украинские тепловые электростанции нуждаются в срочной модернизации. К чему приводит эксплуатация «на износ», без плановых ремонтов и модернизаций, мы все увидели в марте этого года на примере Углегорской ТЭС. И если ничего не делать – такая участь ждет и все остальные станции.

А что же атомная энергетика? Неужели она не нуждается в модернизации?

Безусловно нуждается. Любой аппарат, или механизм, неизбежно теряет эффективность и банально изнашивается в процессе длительной эксплуатации. Более того, атомные станции нуждаются не только в плановом обслуживании и ремонте, но и в дополнительных мероприятиях по поддержанию ядерной и радиационной безопасности. Но между ТЭС и АЭС Украины есть одна существенная разница.

Ресурс работы энергоблоков на АЭС исчисляется не моточасами, а годами. Стандартный ресурс составляет 30 лет. Потом его можно продлить еще на 20, и даже на 30 лет, выполнив определенный комплекс мероприятий. Не просто подлатать и надеяться на то, что блок будет работать несмотря на то, что он уже вышел за границы физического износа – а именно планово продлить ресурс с четким пониманием того, что еще минимум 30 лет блок будет работать, надежно и эффективно.

Украинская атомная отрасль имеет в своем распоряжении 15 энергоблоков. Самый старый был запушен в эксплуатацию в 1980 году. Остальные – более новые. Два самых старых блока (80-го и 81-го года) уже прошли процедуру продления ресурса – его продлили на 20 лет. Еще два блока подходят к границе стандартного ресурса и проходят сейчас процедуру продления. Наконец, еще два готовятся к этой процедуре – она должна быть осуществлена на протяжении следующих двух лет. Остальные еще не выработали даже свой стандартный ресурс.

Несомненно, продление ресурса требует соответствующего финансирования - но именно эта тема сегодня практически не звучит. Инвестиции в этот процесс практически не обсуждаются – ни правительством, ни самими атомщиками.

Тем не менее, если в тепловой энергетике не менее 60 % мощностей нуждаются в срочной замене, а 90 % не отвечают понятиям «надежной и эффективной работы» ввиду исчерпания граничного ресурса, то в атомной есть лишь 25 % мощностей, которым нужно продлить ресурс.

Где же брать финансовые ресурсы, необходимые на модернизацию, а в случае с ТЭС – на, не побоимся этого слова, спасение отрасли? И, кстати, стоит ли вообще спасать тепловую генерацию – или сразу начать строить новые атомные станции?

Источник финансов для электрогенерирующих компаний один – тариф. И на сегодня тариф для основных игроков на рынке – атомных и тепловых станций – содержит инвестиционный ресурс. В случае атомных станций это 7 % поступлений, в случае ТЭС – около 10 %. Важно лишь правильно воспользоваться имеющимися возможностями.

Что до модернизации тепловой генерации, то такого вопроса в принципе не должно возникать. По многим причинам. Начиная с того, что тепловые станции покрывают весьма существенную (до 40 %) часть базовой нагрузки, заканчивая тем фактом, что именно ТЭС выполняют функции маневрирования в ОЭС – системе, которая, по сути, не имеет никаких других возможностей регулирования.

 

Справедливое распределение денег

Теперь самое время вспомнить, с чего начинался наш обзор. А начинался он с того, что представители атомной отрасли все активнее дискутируют на тему слишком низкого тарифа для АЭС. И слишком высокого для тепловой генерации. Говорят даже, что уже сейчас работают в убыток.

Мотивируют они это тем, что они производят больше всех электроэнергии (отпуск по году), но больше всех денег – в 2,3 раза больше – получают тепловые станции. Но, повторимся, поскольку и себестоимость производства на тепловых станциях в 2,7 раза выше – то расклад остается даже не равным, а в пользу атомщиков.

Другое дело, что и атомщикам и тепловикам стоит сосредоточиться не на сегодняшнем распределении тарифов, а на решении проблем задолженности по тарифам и приведении тарифов для населения к экономически обоснованному уровню. На сегодня задолженность перед энергетиками – преимущественно бюджетная (на покрытие разницы между экономически необоснованными тарифами для населения и реальной себестоимостью) – катастрофическая. 14 миллиардов гривен долгов способны убить и тепловую, и атомную энергетику. Решить же эту проблему, судя по всему, можно только путем комплексной реформы энергорынка – совместными усилиями.

Ключові слова:

Матеріали за темою:

Останні новини

20 Квітня

Комментарі (0)



Будь ласка, авторизуйтесь чи зареєструйтесь для коментування